Политновости

3 923 подписчика

Свежие комментарии

  • вячеслав харченко
    Россия, середины 19 века, 21 век, здесь, так и не наступил.Правительство кон...
  • Марина Панаева
    Тем более,что каждые орден и медалька(как и прибавка за звание у военных и артистов) даёт прибавку к их и так не хил...Правительство кон...
  • вячеслав харченко
    Орденов то щас, превеликое множество, тёте Вале, Андрея дали, с лентой ,небось, как во времена Салтыкова-Щедрина, ка...Правительство кон...

«Зачем из людей делать баранов?»

Интервью мэра Саянска, который первым отменил самоизоляцию

Мэра 40-тысячного города Саянска (Иркутская область) Олега Боровского в СМИ называют «непокорным» и «мятежным», потому что он первым пошел против указа Владимира Путина о мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения (так решила городская прокуратура и подала протест). После первой недели «путинских каникул» Боровский разрешил городским торговым центрам, парикмахерским и другим малым предприятиям начать работу, чтобы они «не накрылись медным тазом». При этом в Москве Боровский предлагает ввести не «придуманную самоизоляцию», а полноценный режим ЧС, да и жителей Саянска, которые хотели вернуться в город после поездки в Москву и за рубеж, он убедил провести две недели за пределами города. Боровский рассказал специальному корреспонденту «Новой газеты» Илье Азару, что начал действовать, потому что устал ждать, пока «барин рассудит», и очень удивился, что оказался в одиночестве.

«Зачем из людей делать баранов?»Мэр Саянска Олег Боровский

— Многие регионы начинают смягчать режим самоизоляции, но вы были первопроходцем. От каких запретительных мер вы отказались?

— Я просто разрешил малому бизнесу — и не всему поголовно — работать. Когда президент сказал [отдыхать] до 3 апреля, мы все закрыли и ждали. За неделю ведь ничего страшного не случится, можно потерпеть. На Новый год две недели отдыхаем, и никто не умирал.

Но как целый месяц предпринимателям зарплату платить, из чего? Тогда я понял, что малый бизнес в городе может накрыться медным тазом.

Мы рестораны оставили работать с доставкой на дом, продовольственные магазины работают, магазины промтоваров работают, у них особой очереди нет. Мы открыли бытовые услуги, не только парикмахерские — сапожные мастерские, швейные мастерские.

Я не считаю, что парикмахер — это самая опасная профессия, от которой можно заразиться. Чем парикмахер хуже кассира, который сидит на кассе, когда за день сотни людей проходят? У меня 12 тысяч работающих, из них около 5 тысяч каждый день едут на работу в «Саянскхимпласт» и «Саянский бройлер» в переполненных автобусах и возвращаются назад.

— Предприниматели жаловались?

— И приходили, и в интернет-приемную писали. У меня около 100 писем от предпринимателей из сферы обслуживания. Обидно, когда государство разрешает работать тем, кто им выгоден, — нефтянка, газ, строительство, дорожные работы. Ведь ни одна крупная компания не остановилась, всем можно работать, кроме сферы обслуживания.

А как можно в строительстве обеспечить дезинфекцию три раза в день? Тем более понятно, что на стройках работают — как и у вас в Москве — одни люди со Средней Азии. Почему людям нельзя сделать прическу? Я не понимаю. Закрыли тех, кто самый беспомощный, кто самый нищий, самый беззащитный.

— А почему их закрывают?

— В Кемерово, в Свердловской области, на Алтае, на Дальнем Востоке парикмахерские работают. Там, где власть — это власть, где она может взять ответственность на себя, там людям разрешают.

Сейчас нам предстоят три праздника. Во-первых, Пасха. [В Иркутской области] обсуждают, что в храм можно, но только стоять друг от друга в полутора метрах. Да не будет этого. Если разрешить идти в храм, то туда набьется столько людей, сколько поместится, и никто людям не запретит. Надо тогда запрещать службы. Как бы [священники] нас ни убеждали, что это надо, но мы 70 лет прожили, красили яйца дома и в храмы не ходили. Мир не перевернулся.

Во-вторых, родительский день. Собянин у вас может кладбища закрыть, огородить забором и колючкой, а у нас это невозможно. У нас у кладбища и забора-то нет, да и как мы людей остановим?

Получается, что самоизоляция — это фикция, мы сами себя обманываем.

— Почему?

— [В Иркутскую область] люди прилетают на самолете из Москвы, Питера, Таиланда. Мы их делим — москвичей сажаем в обсерватор и проверяем, а иркутских развозим по домам, где с ними сидят родственники, которые спокойно ходят [на улицу]. Что это за самоизоляция? Я не понимаю этого, это неправильно. 

Если бы ввели режим чрезвычайной ситуации (ЧС), то все бы поняли, а то, что сейчас, — это какая-то полумера. Полуможно, полунельзя. Вот мне звонит мать ребенка и спрашивает:

«Олег Валерьевич, почему у нас собаки в приоритете?» Я говорю: «В каком смысле?» А она: «А почему собаку можно выгуливать, а ребенка нельзя?» И что ей ответить?

— Прокуратура вынесла протест по поводу вашего решения, сказав, что оно прямо противоречит указу президента от 2 апреля. Что было дальше?

— Я протест отклонил. Ну, частично принял, потому что у меня первоначально в постановлении и рестораны должны были открыться, но мне позвонил губернатор, пожурил и сказал: «Олег Валерьевич, ну хотя бы пьянки давайте не устраивать в это время». Я согласился, и рестораны перевел на доставку. А дальше, скорее всего, будет суд.

— Но если в парикмахерскую идти можно, то, наверное, и в ресторан, если соблюдать дистанцию?

— Это разные вещи. В сапожную мастерскую пришел человек и отдал обувь, ушел, потом забрал. Женские салоны красоты работают по записи индивидуально. Женщина там сидит полтора-два часа, ей волосы красят, стригут, потом она уходит, и следом другая приходит. Всем рекомендовано дезинфицировать рабочие места, работать в масках и перчатках. 

А в рестораны, хоть я сначала и ограничил 30 посетителями, пришла толпа, все пьют, гуляют. Поэтому решили пока воздержаться. 

«Зачем из людей делать баранов?»Площадь в центре города с уголком святых Петра и Февроньи. Здесь саянцы отмечают свадьбы. Фото: администрация Саянска

— Вы говорили, что в России не остановлена работа лишь предприятий, выгодных государству, — крупных компаний, заводов непрерывного цикла. Как вы относитесь к версии, что государство таким образом хочет частный бизнес уничтожить ради госкомпаний?

— Не поверю! Я внимательно слушал Владимира Владимировича на совещании с губернаторами, потом специально читал стенограмму. Он конкретно сказал, что каждый регион сам решает, что, где и как, даже если есть малочисленные очаги заражения. Мы должны решать точечно, мы не можем сравнивать Иркутскую область с Москвой, а Дальний Восток с Петербургом. Везде свои условия, а главное — плотность населения. Мы видим, что в Москве творится, но у вас, извините, 13 с лишним миллионов человек, а у меня в городе 40 тысяч.

Президент конкретно сказал, что по возможности надо открывать предприятия.

Я вообще считаю, что этот вопрос нужно отдать на уровень мэров, поэтому что мэры сидят на земле, мэры знают ситуацию, знают людей.

Я 20 лет до того, как стать мэром, проработал в бизнесе, я переживал кризисы 1998 и 2008 годов. Это были не менее жесткие кризисы, но тогда людей не лишали возможности работать. Кто-то закрывал бизнес, находил другое, но люди что-то делали, могли заработать на кусок хлеба. А теперь парикмахера посадили на месяц и сказали платить зарплату? Кому? Самой себе? Ведь это категория, где в основном работают женщины, в основном с детьми и большинство — одинокие. Она купила на 20–30 тысяч оборудование, курсы закончила, сняла уголок. Она жила тем, что за день заработает, и ребенка этим кормила. Ее этого лишили, и что ей делать? Потом цены вырастут, и грабежи начнутся? Это неправильно.

Почему одним можно, а другим нельзя? Вот это самое главное.

«Зачем из людей делать баранов?»Олег Боровский на встрече с жителями. Фото: администрация Саянска

— А каким бизнесом вы занимались?

— Чем я только ни занимался. 15 лет на производстве хлора на «Саянскхимпласте». Года с 1994-го до кризиса гонял иномарки с правым рулем из Владивостока. За это время успел открыть пекарню, потом — пивзавод. В кризис 98-го мы открыли колбасный цех, потом у меня был ресторан, кондитерский цех. А потом я понял, что это государство только на словах производителей ценит, и все распродал. Построили торговый центр, сдавал помещения в аренду и жил спокойно, не имея никакого геморроя.

— Почему государство не вводит режим ЧС?

— Если вводится режим ЧС, то государство берет на себя финансовые обязательства. Поэтому его и не вводят. Мы это прекрасно понимаем, зачем из людей делать баранов?

— В Иркутской области его надо вводить?

— Давайте так. Во-первых, это решает губернатор. Во-вторых, Иркутская область громадная по территории, но живет в ней только где-то 2 миллиона 600 тысяч жителей. У меня сейчас в городе на самоизоляции 7 человек, 2 из которых прибыли из Москвы, а остальные — из Бангкока. И ни одного заболевшего, слава богу. У нас даже когда грипп свирепствует, то мы в школах объявляем карантин, когда за тысячу заболевших перевалит. А сейчас что?

На каком основании я должен объявить ЧС или карантин? Законных оснований на это нет! Тем более эта придуманная самоизоляция.

— Чтобы больше не распространилось...

— Тогда надо было [сразу] закрывать границы и высаживать всех в карантин на 14 дней, а не по домам. На каком основании я должен человека, которого вечером встречу на улице, спрашивать, куда он идет? Полицейский на него составит протокол, но на каком основании его права на свободу передвижения нарушены? В каком законе прописан режим самоизоляции?

— А в других регионах нужно вводить ЧС?

— Во всех регионах заболевших по 30–50 человек, кроме Москвы и Питера. Там есть власть, есть Собянин, пусть они решают. Например, закрывают Москву, по МКАДу ставят колючую проволоку и никого не выпускают и не впускают. Но каждый регион должен смотреть по ситуации.

— В Москве вот решили ввести пропускной режим. Вы на месте Собянина, если бы у вас такой же процент заболевших был в городе, что бы делали?

— Я бы на месте Собянина поехал бы в Ново-Огарево и сказал бы: «Владимир Владимирович, полумерами не обойтись. Надо вводить режим ЧС». Хотя бы для отдельно взятой Москвы. Денег же у него хватает тротуары менять каждый год.

А в пропусках какой смысл? Люди как ездили, так и будут ездить. Мы не победим [вирус] полумерами. В Китае всех загнали по домам и все предприятия остановили — независимо от их размера. Это правильные жесткие меры, но для людей делали все, чтобы они жили нормально. Вы слышали, чтобы кто-то в Китае возмущался? Хотя, может, не дают говорить...

Вообще, это странная тема, что все болячки приходят из Китая, вы не обратили внимания? То птичий грипп, то атипичная пневмония. Все гангрены последнего десятилетия оттуда.

— И что это значит, по-вашему?

— Я не знаю, но наводит на грустные мысли. В Индии вроде плотность населения еще больше. Хотя там жара, может, поэтому пневмоний нет... Я ни на что не намекаю, но есть те, кто должен об этом думать.

— Достаточны ли меры, которые Россия принимает для поддержки бизнеса?

— Вам сколько лет?

— Мне 35.

— Вы еще в сказки верите, что государство кому-то поможет?

Я два кризиса пережил, и никто не помогал. Единственная реальная мера, которую озвучил Владимир Владимирович, — это снижение страховых взносов. Это реальная мера, она поможет.

А дать людям отсрочку по налогам на полгода... Так у них за это время долг вырастет, как они будут это потом разруливать? Платежеспособность населения снизится, цены вырастут. У нас же, в отличие от всего мира, когда нефть падает в цене, бензин дорожает. Пусть парикмахер, у которой за душой нет ничего, кроме кресла и машинки для стрижки, попробует получить кредит в «Сбербанке» чтобы зарплату платить. Это все красивые слова. Многие хорошие указы президента не работают, поэтому мы и живем, как живем.

Я для своих [предпринимателей], не раздумывая и ни с кем не согласовывая, решил освободить малый бизнес от платы за аренду муниципальных площадей до 1 сентября. Депутаты поддержали.

— Если у вас появятся зараженные коронавирусом, вы обратно введете запретительные меры?

— Я не привык загадывать. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то появился, да и наши за границу уже не летают. Правда, из 28 зараженных в Иркутской области (разговор состоялся в субботу, а по данным на 13 апреля, зараженных уже 35.  «Новая») только 17 приехали из-за рубежа, а 4 — из Москвы, остальные контактные. Исключать надо эти контакты.

На меня в свое время очень ополчилась пресса, потому что я запретил тем, кто побывал за границей и 14 дней не провел в обсерваторе, приезжать в Саянск.

У меня таких было трое: двое уже вернулись, а одна девушка должна вернуться 13 апреля. Я понимал, что, если бы они плюнули на меня и приехали, я бы ничего им сделать не мог. Я с каждым лично договаривался, а не просто на заборе на въезде в город написал: «Вход запрещен, валите куда хотите». Вот девушка, которая приедет, никогда на Байкале не была, а тут попала в обсерватор «Легенда Байкала» в Листвянке. Довольная, три раза кормят, поят.

Есть, конечно, проблема, что мы можем отследить тех, кто приезжает на поездах и самолетах, но есть и те, кто приезжает на своих автомобилях. Так что нельзя загадывать. Если наступит такое, то будем решать.

— Город закрыть на въезд не думали?

— Мы не можем, хотя бы потому, что предприятия находятся в 18–20 километрах от города. И давайте так: статьи Конституции по свободе передвижения и праве на работу никто не отменял. Даже в этот период. Поэтому 37-я статья Конституции действует, но просто взяли и росчерком пера лишили малый бизнес права на работу. 

Скажу больше: очень сложно будет людей привлечь на голосование по изменению Конституции, когда вот так вот действует власть. А опять будут требовать явку 50–60%.

— Вы сами-то поддерживаете изменения в Конституцию?

— Не вижу смысла в них. Все эти [социальные] меры можно было прописать законами. Это хорошие, но неконституционные нормативы.

— Смысл-то понятен.

— Да, он в продлении полномочий президента. Если честно, я не вижу сегодня другой фигуры на нашем политическом небосклоне. Что бы ни говорили, к Путину еще большое доверие. Поэтому нужно было просто сделать референдум, отменить норму про два срока и не коверкать Конституцию.

— А сейчас многие говорят, что это Собянин ведет себя во время эпидемии как настоящий лидер.

— Я не видел его решительных действий. Он бы повел себя как политик федерального уровня, если бы не работал полумерами.

«Зачем из людей делать баранов?»Москва на карантине. Фото: Светлана Виданова / «Новая газета»

— Но Путин-то вообще непонятно что объявил — каникулы.

— Владимир Владимирович решил посмотреть, какой регион на что способен, кто может себя проявить, а кто нет. Он наблюдает за губернаторами, но пока ни один из них не принял нужных мер.

Все как в старой сказке — барин к нам приедет, барин нас рассудит. Все ждут, когда он что-то скажет. А я устал ждать. 

— Почему вы единственный мэр или губернатор, который пошел своим путем?

— Я не знаю. Мне от моих действий не нужен никакой пиар, я даже не предполагал, что это вызовет такой ажиотаж. Я почему-то думал, что я буду не одинок, что нас будет много. У нас в Иркутской области 42 мэра, и мэры Ангарска Сергей Петров и Черемхово Вадим Семенов тоже где-то протестуют, но не могут прямо заявить.

А мне терять нечего. Я за это кресло не держусь — мне важно, чтобы люди у меня были сыты, обуты и имели право на работу. И я как мэр не могу лишить их этого права.

— Может, это потому, что вы от КПРФ избирались? Может, поэтому свобода маневра есть?

— Я вообще беспартийный. Для меня моя партия — это мой народ. До этого я избирался от «Справедливой России», а сейчас пошел от КПРФ, потому что мы знаем, как самовыдвиженцев снимают с выборов. 

Не всегда действия КПРФ меня устраивают. Да и что Зюганов сделал за все время, что был у власти [в партии]? Эти парламентские партии, которые у нас есть, это игрушки демократии, надо будет — их прихлопнут в один раз. У нас есть одна руководящая партия, как было при социализме, так и сейчас, ничего не поменялось. Иногда они нормально решают, а иногда нет, что показал пенсионный возраст.

Вот 65 лет сейчас [при коронавирусе] — это зона риска, таким людям выйти никуда нельзя, но мужиков же теперь в этом возрасте только на пенсию отправляют. Как так вообще?

— Вообще, была какая-то реакция сверху? Не звонили с вопросами и критикой из администрации президента?

— Губернатор (с декабря 2019 года временно исполняющим обязанности главы Иркутской области назначен Игорь Кобзев.  Ред.) у нас, я считаю, правильный мужик. Он недавно приехал из Воронежа, он генерал МЧС. Только вот советники у него не совсем качественные. Но мне импонирует, что советуется с мэрами. Правда, решения принимает потом не те, что мэры хотят и видят. Но хоть так.

Дай бог, чтобы у него все получилось. У нас в области очень не любят приезжих, а он еще и попал — и коронавирус, и бунт в колонии в Ангарске, и начинается сейчас пожароопасный период. Такая куча на него свалилась, что мне иногда кажется, что он, когда дома сидит, то думает: «Куда я попал, зачем меня сюда отправили?»

Разорвали негласный договор. В ангарской ИК-15 осужденные взбунтовались и подожгли цех деревообработки

— А с предыдущим Сергеем Левченко от КПРФ как работалось?

— Я за свои пять с половиной лет поработал с тремя губернаторами. У меня были очень хорошие отношения с Сергеем Ерощенко, он меня поддерживал, и при нем город получил второе дыхание. Потом пришел Левченко, и я открыто выступал против него, ходил, агитировал. Но народ его выбрал, в том числе и Саянск, кстати.

Мне импонировало, что Левченко, победив, меня пригласил и сказал: «Олег Валерьевич, мы наблюдали, как ты работаешь. Политику — в сторону, работаем вместе». Мы руки пожали, и все годы делали то, что нужно для города. Он очень много сделал для Иркутской области, как бы его ни хаяли. Не верю, что он сам написал это заявление, заставили.

«Зачем из людей делать баранов?»Саянск. Фото: соцсети

— Так, а на вас давил сейчас кто-то?

— Ну, звонил мне и губернатор, и большие люди выше. Сказали: «Зачем тебе это надо? Зачем пиаришься?» Я сказал: «Успокойтесь, я не пиарюсь, ни на какие выборы я не собираюсь. Я работаю в городе и делаю то, что нужно для людей».

— Не боитесь, что, как это часто бывает в таких случаях, к вам вдруг придут с проверками, потом появится уголовное дело?

— Проверять меня уже проверяли, как новая власть пришла. Финконтроль нарушений не обнаружил. Какую-то подставу сделать легко, даже не сомневаюсь, что могут. Я мальчик уже взрослый, почти 60 лет. Как говорил Верещагин: «Я мзду не беру, за державу обидно».

За мои действия [по самоизоляции] уголовного дела не последует, по этой статье штраф 3 тысячи или отстранение от должности от 6 месяцев до года. Я готов на полгода уйти из этого дурдома. Переживу этот чертов коронавирус, переживу голосование по Конституции и выборы губернатора, а 1 октября приду на работу и скажу: «Ну, здравствуйте, это я».

Новая власть, новая Конституция и я, отдохнувший, посвежевший и ознакомившийся с новыми статьями Конституции. 

Это я в шутку говорю, но у нас никто ни от чего не застрахован. Были и повыше меня люди, которые в вертолетах или в машинах разбивались. У нас есть пример в Иркутской области, когда человек сделал дорогу на Ольхон, причем Путин, когда приезжал, спрашивал, когда ее наконец построят. И [ Сергея Копылова] посадили на 3,5 года только за то, что он в охраняемой зоне поставил асфальтовый завод, и прокуратура обвинила его в том, что он нарушил права беспозвоночных.

А на то, что сегодня нарушаются права людей, никто не смотрит!

— В заголовках СМИ вас называют «непокорным», «мятежным» мэром, даже «новым оппозиционным политиком федерального калибра». Вы как к таким оценкам относитесь?

— Я мэр обыкновенного маленького сибирского города. Я не политик федерального уровня, я не оппозиционер. Ко мне обратились люди, которые сказали, что им невыносимо больше так жить. И я понимаю, что больше им в этой нашей громадной государственной системе, кроме меня, никто не поможет. Люди меня выбрали, они мне доверили власть. У меня другого выхода нет.

У меня нет амбиций куда-то дальше идти, это уже пресса разнесла. Мне не нужна слава эта, тем более что она может выйти боком. Мне нужно, чтобы люди, глядя мне в глаза, когда я иду по улице, говорили: «Вот это мужик, он за нас борется». 

— Как думаете, может ли нынешний кризис привести к усилению регионов или муниципальной власти? Или будет наоборот?

 Судя по ажиотажу вокруг моей фамилии, я на 100% знаю, что аппарат президента это тоже отслеживает, и, может быть, Владимир Владимирович про это знает. Кстати, я с ним дважды встречался, и он очень помог городу в ситуации с пожарами в 2017 году. 

Путин, думаю, это рассмотрит, потому что нужно конкретно определяться со 131-м ФЗ («Об общих принципах организации местного самоуправления»), что нам можно, а что нам нельзя, потому что на словах самостоятельность муниципальных образований — это хорошо и здорово, а на деле у нас ни денег, ни власти нет. Все на бумаге.

Надеюсь, что дадут больше полномочий [местному самоуправлению]. Мы вот сейчас и губернатору озвучили: дайте полномочий, и мы без вас проведем родительский день и Пасху, мы лучше знаем, что нам делать на своих территориях, что открыть, что закрыть.

Вот у нас есть северные территории — Катангский, Киренский районы. Там нет дорог, туда только самолетом доставка. Там нет ни одного заболевшего. Так какого черта они сидят на самоизоляции? Они и так изолированы до лета, когда до них можно будет по рекам добираться. А у них дети там тоже не учатся почему-то. К каждому городу должен быть индивидуальный подход.

— Какие планы на будущее? Будут ли работать школы? 

— Школы у нас закрыты, пока до 19 апреля [в области] объявлен режим самоизоляции. Надеюсь, что все разрешится, — у школьников уже мозги опухли от этой изоляции. Какие дистанционные уроки в деревнях рядом с городом, когда там свет порой выключают? Школьники вообще не учатся, и Минпрос само признает, что 25% — это максимум для дистанционного обучения.

Садики у нас все работают, но на свободном посещении. И я бы, в принципе, в школах так же сделал. Но это слишком круто для меня будет, чтобы я один такое решал.

— Будете ли отмечать 9 мая?

— Насчет 9 мая мне пришло письмо из Кремля, что из мероприятий 9 мая нужно исключить ветеранов старше 65 лет. Как вы себе это представляете? У меня люди придут на Бессмертный полк, а я буду их с полицией разгонять по домам? Ну, перенесите тогда День Победы на сентябрь, когда празднуется окончание Второй мировой войны. Люди это поймут.

Но в какой воспаленный мозг какого чиновника в Кремле могло прийти, что я буду ветеранов прогонять с мероприятия? Меня же проклянут!

А ведь эти все дурные и дебильные решения отражаются на имидже президента, потому что все думают, что это не какой-то дядя, придя в Кремль с похмелья, написал такую указивку, а что это именно от президента идет. Никогда не думал, что Владимир Владимирович такое поддержит.

— То есть 9 мая в городе будете отмечать?

— Если честно, то я надеюсь, что этот психоз продержится у нас до 1 мая, а потом во многих регионах снимется. Но как в Москве проводить парад, вообще неясно — я бы обратился к народу и перенес его на сентябрь.

 

Илья Азар
спецкор «Новой газеты»

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх